Развод по-египетски

Речь не о расторжении брака, а о мелком уличном жульничестве. Слово «развод» в заголовке применено по старой российской традиции изъяснятся посредством полууголовной лексики («беспредел», «общак», «замочить» и так далее).

Мы заприметили эту бандуру издалека... Дело было в Хургаде – на главной улице нового города (в Саккале, если вы в курсе). Шум, гам, веселые перегуды такси. Разноцветье торговых лавок. Щедрое мартовское солнышко (тридцать градусов в тени – с ума сойти!).

Сама улица выглядит очень даже цивильно. Но если зайти в проулок, причем, в любой… Знаете, московские подворотни тоже не ладаном мазаны. Но все же у нас как-то почище будет. А здесь – горы строительного мусора, ужасающая пыль. И при этом вроде бы вполне современные дома (окна пустые, стены какие-то серые, хотя в самой Хургаде не самые бедные египтяне проживают).

Вернемся к бандуре. Это такая расписная палка с барабанчиком на конце. Похоже на банджо, только струны всего две. И они из каких-то жил. Как нам потом пояснили – барабан обтянут козьей кожей, а струны сделаны из покойного барашка. Или наоборот.

У импровизированного прилавка стоял симпатичный бедуин и играл на этой штуке. Всего две струны! А мелодия – заслушаешься. Ну, мы и заслушались. Потом посмотрели друг на друга – я на руководительницу экспедиции (с тайной надеждой, что ей эта фигня не понравилась), она на меня (в ее взгляде сквозила снисходительность, мол, понимал бы чего). И решили – берем.

Дело в том, что мы были возле этого бедуинского Паганини во второй раз. И его наигрыши нам понравились еще пару дней назад. А в этот раз он нас просто добил.

За бандуру он запросил пятьдесят фунтов. Хотя на вид – самопал самопалом. Даже не дружественный Китай, а сугубо бедуинская поделка.

Мы принялись торговаться. Мы (поясню – дамская половинка нашей семейной экспедиции) по этой части собаку съели. Нас, помнится, однажды даже выгнали из магазина, предварительно вручив бедуинскую шапочку и получив от нас пять фунтов гонорара. Выгнали со словами отчаяния – «Это не торговля!» Так что нас на мякине не проведешь.

Сбили цену до двадцати египетских фунтов, получили бандуру и смычок к ней. Но у нас-то пятьдесят фунтов одной бумажкой.

И тут нарисовался некто, представившийся хозяином. Он долго мусолил наш полтинник, едва ни пробуя его на зуб. Потом отсчитал и вручил нам пять фунтов. Мы их вернули, потому что музыкальный ангел-бедуин только что дал нам сдачу – тридцать фунтов, честь по чести. Но болван хозяин этого еще не понял. Он подумал, что мы возмущаемся, почему так ничтожна сдача. И он стал кричать, что уже расплатился. И что отдал нам целых… двадцать фунтов. Потом стал разыгрывать сцену, набросившись на своего напарника. Знаете, такие показные «разборки», во время которых он с деньгами улепётывает, а вы остаетесь ни с чем.

Ничего у него не вышло. Мы посмеялись над этим незадачливым жуликом, который все на свете перепутал, и отправились дальше, прижимая к груди благословенную египетскую бандуру…

Мы легко отделались. В отеле нам рассказали несколько кошмарных историй. Здесь же, в Саккале, у одной нашей девушки «подрезали» кошелек с сотней долларов. Она решила купить пачку сигарет, достала кошелек, да зазевалась. Какой-то местный мальчишка на бегу вырвал у нее деньги и, сверкая голыми пятками, унесся в хургадскую даль.

А у другой дамы свистнули полбутылки коньяку – прямо из номера.

А у одного жителя города Никополь прямо со стола в ресторане отеля (какой ужас!) похитили недоеденный пирожок.

И так далее…

Знаете, чем мне нравится Египет? Народ там добродушный и очень занятный. Мы бы тогда согласились и на то, чтобы нас «обули» на эти тридцать фунтов. Бог с ними – любопытен сам процесс.

А та двухструнная бандура вместе со смычком утвердилась на стеллаже среди сувениров из дальних стран. Мы попытались на ней сыграть. Но вместо небесных жалобных звуков она издает только чудовищный скрип, приводя нашу кошку Милу в полное расстройство.

Николай Надеждин
Фото: автор